Рассказ "Формула Гритта"

Замочный механизм мерно заурчал, оттягивая засовы внутрь стены. Индикатор у биометрического зрачка моргнул зелёным, и дверь с шорохом отворилась.

Мужчина вошёл в тёмный коридор — пара беговых кроссовок, тапочки да нераспакованные с покупки туфли — вот и всё, что его встречало.

В далёком прошлом это беспокоило Гритта. Тревога одиночества потянула за собой алкоголь и прочие вещества. С возрастом прошло, и отшельничество из бича превратилось в необходимость.

Дверь автоматически захлопнулась. Он уставился в своё отражение. Огромное зеркало в пол было стандартом в той части жилых блоков, где компания арендовала ему жильё. Коротко стриженный, скуластый, рослый мужчина вглядывался в стекло. Одежда, как и квартира, была выдана компанией. Он мог бы купить себе что-то сам, но ему было плевать. Взгляд отдавал безучастием, граничащим то ли с безмятежностью, то ли с поиском скорой смерти. Поймав себя на этой мысли, он скривил губы и отвернулся.

Воздух завибрировал.

— Кто? — Кодд Вуйк, — произнёс мягкий женский голос словно бы из ниоткуда. Гритт свёл брови. С этим человеком он был знаком лишь по касательной — один из бывших клиентов его компании. Тот разрабатывал протоколы безопасности для приложений внутренних коммуникационных шлюзов.

— Ладно, давай.

Перед Гриттом в воздухе повисла голова щёкастого, утопающего в густой рыже-белой бороде человека. Мешки собрались под двумя испещрёнными красными нитями глазами. Он выглядел уставшим и раздражённым.

— Гритт? Слышишь меня? — густой баритон прокатился по комнате. — Да. Чем могу быть? И почему на личный номер, вне рабочего времени? — Я нашёл твой бэкдор, — голос стал морозным. — Абсолютно случайно, мастерская работа. От ответов теперь будет зависеть то, как дальше повернётся твоя жизнь.

Гритт нащупал на стене тактильную панель управления и ткнул в один из хоткеев. На его лице задребезжала световая монохромная какофония, сбивающая с толку рецепторы коммутатора. Рядом с головой Вуйка всплыла бестелесная копия Гритта.

— Не совсем понимаю, о чём вы говорите, мистер Вуйк? Какие-то проблемы с последним патчем? Мы, — сгенерированный Гритт приложил палец к губам, — кажется, не отвечали за его качество. Ведь вы решили работать с внешним провайдером хранилищ. И что значат ваши слова?

Модель говорила на десятую долю медленнее реального Гритта. Тот был уже на коленях в спальне и потрошил тайники, встроенные в ножки кровати. Перед ним лежала кислота для зачистки домашней рабочей станции, фиктивные документы, линзы с сетчатками и набор для пересадки отпечатков.

— Ты знал, что там хранились не только метрики. Об этом тебе кто-то сказал, или… ты ещё любопытнее, чем я думал, — его глаза ушли в сторону. — У тебя немного вариантов. Если я найду тебя, я узнаю всё, но тебе это не понравится.

Гритт вставлял линзы с фейковыми сетчатками.

— Если убежишь — рано или поздно я найду тебя. И тебе это не понравится.

Гритт брился налысо портативной лазерной машинкой.

— Если придёшь ко мне и расскажешь, зачем тебе нужны формулы Гродха или кому ты их достал… быть может, я устрою тебя так, — его челюсть многозначительно оттянулась вниз, — что тебе очень понравится. — Формулы Гродха? О чём вы говорите? Теория заговора и не более! — сбивчиво залепетала голограмма. — Это какое-то недоразумение! Конечно, я подъеду, скажите, куда? Настоящий Гритт загрузил всё в рюкзак и соскользнул с оконного карниза в темноту. За стеклом всё ещё крутился лёгкий дымок над локальной серверной и испуганно кривлялась сгенерированная голова.

Сквозь змеящиеся проходы между жилыми блоками он торопливо шагал в сторону порта. Лысина с парой небрежных ожогов бликовала под просыпающимися фонарями. Дунул промозглый ветер, Гритт крепче ухватился за лямки рюкзака. Ещё тогда он понимал, что Вуйк не обычный кодер, которого повысили за выслугу лет. Такую качественную архитектуру он редко встречал. А играть на таком поле приносит хоть какое-то удовольствие.

Гритт нырнул в жилой проход. Лампочки над каждым из жилищ мерно вспыхивали и затухали, опадая волной света за его спиной. Это напомнило ему прежнюю жизнь. Он ухмыльнулся, спускаясь по металлическим сетчатым ступенькам. Когда-то удовольствия тянули в женские объятия, в бары, в притоны, в бесконечные переработки… а потом картинка треснула. Удовольствие стало другой стороной нужды. Он перестал искать его. Но когда оно находило Гритта самостоятельно, он оттягивался по полной.

Раньше он работал ради интереса, позже — ради денег. Когда денег стало не хватать — Гритт решил срезать, занявшись заказами с чёрного рынка. А когда понял, что ни интерес, ни деньги ему уже не нужны, то оглянулся вокруг. Гритт был на плато — не желал ничего, не нуждался ни в чём. Он жил так, словно умер вчера, но Харон задержался в пути.

— Брюс Мист, причина выезда? — синтетический голос контрольного шлюза обратился к Гритту. — Отпуск. Лечу на Приапа. — Вакцины от межпланетного герпеса, грибковых инфекций? Подойдите, пожалуйста, ближе к сканеру.

Гритт сглотнул, кожа на висках дрогнула. Его линзы были первоклассного качества. Однако сейчас провал недопустим. Нет, он не боялся Вуйка — тот был частью игры, как и сам Гритт. Любая игра когда-нибудь закончится. Но кубики-формулы были в кулаке. И Гритт чертовски хотел сделать ход.

— Вашу ладонь, пожалуйста.

Он протянул руку. Едва ощутимый укол считывателя отпечатков свёл на нет волнение. Пара мгновений — и силовое поле исчезло.

В порту, вне зависимости от времени суток, царила вечная суета. Гритт влился в поток пассажиров и торговцев, что унёс его к стойкам регистрации.

— Билет до Приапа, — бросил он, подставил глаза к сканеру.

Перед глазами засветилась направляющая полоса, ведущая к посадке.

— Отправление через пятнадцать минут, гайдлайн активирован, — произнёс коммутатор.

Гритт пространно кивнул и направился к кораблю. «Надеюсь, Шарлин на месте». У него была единственная связь с теневым миром — эта женщина. И она покрывала все его потребности. Он тихо надеялся, что Шарлин не в командировке и не под стражей.

Борт был переполнен: все сидячие места заняты, а в проходах толпились ожидающие блудного отдыха пассажиры. Один из них с бегающими глазами трясся и ждал скорейшего отправления — его жуть как ломало. Рядом, воротя носы, стояли двое мужчин в обтягивающих латексных шортах со змейками на заду. «Приапские работяги», — подумал Гритт. Он протиснулся поглубже, остановившись у кучки существ, от которых меньше всего несло и которые не пялились по сторонам.

Где-то у входа поднялся раздражённый гул. Гритт зыркнул на часы — шаттл запоздал с отправлением на несколько минут. Он присмотрелся, пытаясь уловить причину суеты: внутрь зашло двое проверяющих. На плече сверкнул шеврон организации «Дженерал гайдлайнс» — та обеспечивала контроль безопасности граждан Галактики на транзитных территориях. Формально они были подконтрольны локальным властям, фактически — могли делать что хотели. Транзитные территории — нейтральные порты, транспортные шаттлы, автономные планеты — места, где могло случиться нечто такое, за что никто не хотел нести ответственность. Не говоря о том, чтобы разбираться с последствиями.

Там, где власти видят дерьмо, дельцы чуют удобрение. Основатель «Дженерал гайдлайнс» был на короткой ноге с галактической верхушкой и развернул свою деятельность без особых проблем. Именно этим ребятам Гритт и впаял тот бэкдор, из-за которого на него вышел Вуйк. Контролёры чересчур вовремя появились, чтобы быть обычным совпадением.

Корабль задрожал — двигатели нагнетали тягу. Проверка будет тщательной и подробной — спешить им некуда. Сердце застучало активнее, пальцы начали судорожно тереться о ткань брюк. Никакого оружия у него с собой не было — на борт с таким не пускают. Стражи «Дженерал гайдлайнс» — другая история.

Гритт медленно просачивался вглубь пассажирского отсека, не сводя глаз с проверяющих; те постепенно продвигались сквозь массу народу, уделяя особое внимание гуманоидам.

Внезапно кто-то ухватил его за ягодицу. Это выдернуло Гритта из тревожного наблюдения. Он в замешательстве развернулся, но там никого не было. Он сжал губы, переносица скривилась под тяжёлыми бровями. Что за чертовщина? Откуда-то раздался короткий женский смешок.

— Шарлин? — полушепотом произнёс он.

Ответа не последовало. Он бросил взгляд на охранников, которые уже покрыли половину салона и теперь стояли над каким-то разволновавшимся чоггом. Тот едва доставал им до пояса и отчаянно размахивал маленькими ручками в объяснениях. Гритт встретился взглядом с одним из стражей и тут же отвёл глаза. Мозг отчаянно искал решение.

— Ну а кто ещё? — донеслось откуда-то снизу. — Не думала, что тебя так легко напугать! С хладнокровного Гритта словно всю кровь выкачали. — Мне нужно укрыться от стражей. Помоги. — А что мне за это будет?

Гритт стиснул зубы: стражники всё ближе подходили к месту, где он стоял. Периферийным зрением он следил за ними — тот, с которым он пересекся взглядом, теперь поглядывал в его сторону. Он скупо выругался под нос и присел на пол, всем видом показывая, что устал.

— Я вообще-то к тебе и лечу. Давай включим это в общий счёт.

Напольная секция соскользнула в сторону, а сутулый молчаливый мужичок стал перед Гриттом, заслоняя его от толпы. Из отверстия выглянула изящная, краснокожая в лёгких чешуйках рука и пальцем поманила к себе.

— Залазь. Включим.

Гритт бросил взгляд на стоящего впереди мужчину.

— Шевелись, Гритт. Я тут вообще-то тоже не развлекаюсь.

Он заскочил в проём, крышка задвинулась. Неприглядный мужичок встал сверху на люк. От него жутко несло аммиаком и луком. Гритт поморщил нос, на глаза накатили слёзы от резкого запаха. Он отвернулся и уткнулся в роскошную, алую грудь.

— Ты смотри какой, — проворковала Шарлин. Её продолговатые, овальные зрачки мерцали изумрудами в темноте. Гритт зарылся ещё глубже: это помогало не только укрыться от запаха, но и было чертовски приятно.

Стражники тем временем добрались до конца салона. Один из них смерил пассажира презрительным взглядом:

— Фу, ну и мерзость. Ты откуда такой кусок дерьма взялся здесь? — С Мюлли, господин. — Мог бы догадаться, — съехидничал другой стражник, зажимая нос. — Давай документы. И зрачки.

Тот протянул карту и потянулся лицом к сканеру.

— Задержи дыхание, ради всего святого! — отворачиваясь, бросил страж. Сканер моргнул зелёным, карта выскочила из считывателя. — Всё чисто, — подытожил напарник. Увидев перекошенное лицо коллеги, он добавил: — я про документы. — Тут он снова развернулся к мужику: — Тут где-то ошивался лысый тип. — Не, не видел, — мужчина поднял руки вверх, словно извиняясь. — С тех пор как меня облучило на станции, я практически потерял зрение.

Проверяющий прищурился, испытующе вглядываясь в лицо пассажира. Он медленно поднял оружие и наставил дуло прямиком между глаз. Мужичок не выдавал никаких эмоций.

— Что за лысый-то? — с удивлением в голосе прошептал коллега. — Тёрся тут, я точно видел. Человек… — он многозначительно глянул на напарника. — Если что, на выходе возьмём.

Стражник убрал бластер и обошёл, ворочая нос, мюллианина. Тот неуверенно переминался с ноги на ногу, роняя ссохшуюся грязь сквозь напольную решётку. В носу Гритта предательски защекотало, челюсть опустилась в преддверии чиха. Шарлин больно щёлкнула его по переносице, он оторопело глянул на неё.

— Не время чихать.

Он с удивлением понял, что позыв прошёл. Брови Гритта изогнулись в вопросительном удивлении.

— Знаю твоё тело лучше, чем ты сам, — хмыкнула Шарлин. — Ты бы хоть мануалы прочитал. — Сдались мне… — Ну так-то сдались. Сейчас бы уже обжимался с той парочкой, а не со мной.

Она права, как ни крути.

— Спасибо тебе, — он поднял глаза, — и ему.

Шарлин лизнула мочку его уха, Гритт слегка напрягся.

— Люблю, когда ты тушуешься. И как ты такой недотрога? — А я думал, ты любишь деньги, которые я приношу. — Одно другому не мешает… даже наоборот, — блеснули ровные зубы Шарлин. Её дыхание проникло в ноздри Гритта — сладкое, влекущее. Она заметила это: — а ты всё сопротивляешься. — Что ты знаешь про формулы Гродха? — проигнорировал выпад Гритт. — Выдумка «Дженерал гайдлайнс» для того, чтобы сосать ещё больше денег с орбитальных колоний. — Она закатила глаза и бархатно зашептала: — Формула Гродха просчитает все возможные вариации нападений и отразит их.

Металлические стенки отсека завибрировали, свет фюзеляжа стал бледно-голубым. Корабль шёл на посадку.

— Они на самом деле существуют, — отчеканил Гритт и ткнул в мочку, которая ещё не обсохла от слюны Шарлин — за ней находился скрытый порт хранилища данных. — И они со мной.

Губы Шарлин скрутились в бантик:

— Ты хочешь мне их продать? — Он покачал головой. Шарлин продолжила: — Что это за формулы?

Гритт было открыл рот, но резкая встряска сбила ему дыхание. Корабль грузно опустился на платформу. Сверху донесся крик стража:

— Стройтесь в очередь и выходите по одному. Повторная проверка документов!

Толпа загудела, раскачав застоявшийся воздух, но начала собираться в линию. Гритт бросил вопросительный взгляд на Шарлин.

— У нас другой выход, — она развела ноги. Под её налитыми ляжками выглядывал вмонтированный рычаг. Гритт пригляделся: едва заметный шов лазерного резака просматривался на стыках металлических напольных панелей отсека. — Ты как всегда… — Я и есть всегда, — она кокетливо ухватилась за рычаг.

Гритт уловил едва заметное жужжание гравиховера прямо под ними. Он поднял глаза: в первый раз за это время Шарлин смотрела серьёзно. Теперь он видел её настоящую: острый ум, холодный и пытливый, упакованный в смертоносную и обманчивую оболочку. В сердце натянулись какие-то нити, которые, думал Гритт, уже давно иссохли.

— Скажи мне суть формул. Ты должен забекапить хоть что-то! — Её глаза прошивали Гритта насквозь. — Если ты украл формулы, то можешь умереть в любой момент. — Это не формулы… это расписания. Расписания нападений. Шарлин дёрнула рычаг, и они кубарём полетели вниз, в темноту. Гритт ожидал удара и приготовился к боли, как его обволокло мягкое, тёплое синтетическое облако микроскопических шариков. Он словно застыл в невесомости.

— Они ещё и в рот не закатываются — гидрофобные! — донеслось из пупырчатой бесконечности. — Как видишь, я поработала над высадкой с тех пор, как ты сломал ключицу.

Гравиховер бесшумно вынырнул из-под фюзеляжа и через миг уже растворился в потоке служебных ховеров порта. Пристроившись за широким грузовым транспортом, он въехал внутрь по опустившемуся на ходу трапу.

Шарлин стала активно трепыхаться. «Подгребай под себя», — услышал Гритт сквозь шорох и начал загребать мириады шариков — те становились упруже и слипались под ним. Его макушка айсбергом вынырнула из белого океана. Шарлин стояла рядом и вытряхивала из густых волос остатки белых хлопьев.

— То есть расписания атак. Так они его поменяют, делов-то. — Видимо, что-то им не даёт. Как видишь, у Вуйка сильное желание вернуть формулы. — Его псы очень уж усердно искали тебя, — она карикатурно зашагала взад-вперёд, пародируя служащих «Дженерал гайдлайнс». — Но зачем ты пришёл ко мне?

Гритт поднял на неё взгляд. Она уставилась на него не мигая. Едва прошмыгнувшее шутовство словно испарилось.

— Я тебе доверяю, — чётко, но тихо сказал Гритт. — У тебя есть связи и голова на плечах. А я… хочу трахнуть Вуйка и «Дженерал гайдлайнс». — По-моему, они мне и в подмётки не годятся… — слегка дёрнув подбородком, бросила Шарлин. — Дело твоё, конечно. Но не думаешь, что такая махина, как «Гайдлайнс», просто сотрёт тебя, как то налипшее дерьмо с ботинка? — Именно это не даёт мне покоя. — Челюсти Гритта напряглись, неровными полосами просвечивая сквозь кожу. — И заставляет чувствовать себя снова живым. — То есть не герой, борющийся за праведность? — Шарлин хлопнула в ладоши. — Ты просто скучающий камикадзе? — Ну как… — пожал плечами Гритт. Он было думал как-то развернуть свою фразу, но взгляд Шарлин показывал, что в этом нет смысла. — Колонии сбросят монопольное ярмо вонючих «Дженерал гайдлайнс» — это плюс. Но это не то, зачем я так рискую, — фиктивные зрачки безумно заблестели. — Меня заботит игра. Мне нужен азарт.